«После залоговых аукционов «ЮКОС» перешел под контроль «МЕНАТЕПа», который приобрел более 90% акций компании примерно за 350 млн долларов. На тот момент «ЮКОС» был в плачевном состоянии. Добыча нефти «Юганскнефтегазом» за 1987–1995 годы упала с 70 млн до 27 млн тонн и надолго застряла на этой отметке. В 1995 году «Юганскнефтегаз» остановил почти все бурение, а инвестиции в производство свелись к нулю. Если в 1990 году простаивала 1 тыс. скважин, то в 1994 году – уже 3,7 тыс...»
«Резко сократились производственные издержки «ЮКОСа». К 2003 году они стали самыми низкими в отрасли – 1,5 доллара на баррель. А когда Михаил Ходорковский (иноагент- VR) пришел в «ЮКОС», они составляли примерно 12 долларов на баррель...
В 1990-х годах «ЮКОС» балансировал на грани банкротства,в 1996 году понес убыток в 477 млн долларов, в 1997 году вышел на безубыточность, в 1998 году потерял 815 млн долларов. А в новом веке добился радикального перелома в финансовом положении благодаря успехам в управлении, высоким ценам на нефть, использованию внутренних офшоров и трансфертных цен. В 1999 году компания заработала 1,1 млрд долларов прибыли, в 2000 году – 3,7 млрд, в 2001 году – 3,1 млрд, в 2002 году – 2,9 млрд долларов».
То есть. От убытков «Юкос» в частных руках быстро перешёл к прибыли. И. Что стал делать? Правильно. Платить налоги. К 2003 году «Юкос» был вторым налогоплательщиком России после «Газпрома», хоть позже и был обвинён в уходе от уплаты налогов.
«Наблюдатели, впрочем, указывают на куда более существенную проблему сегодняшнего "Юганскнефтегаза", о которой Михаилу Фрадкову (премьеру тогдашнему- VR) вчера не рассказывали. Сами по себе физические объемы производства нефти мало о чем говорят, отмечают специалисты. Ключевым показателем эффективности работы нефтяников давно стала себестоимость добычи, а не максимальная добыча любой ценой. А этот показатель, по разным оценкам, вырос в 2005 году в ЮНГ в 1,5-1,6 раза»
Understand? Год прошёл, и себестоимость в государственных («Роснефти») руках тут же выросла в полтора раза. Чему удивляться? Где государство, там и «золотые ёршики».
Министр по налогам и сборам А.П. Починок (1958- 2014) в 1999 году говорил так: «Оказалось, что у государства есть контрольные пакеты многих предприятий. Государство в них представляют самые разные люди: левые, правые, зеленые... Везде итог один и тот же. Практически все эти предприятия убыточные» (круглый стол в редакции «Независимой газеты», 1999 г.)
А убыточным предприятиям по причине отсутствия прибыли не с чего платить налоги.
Казалось бы к этим цитатам и добавлять ничего не надо, и так всё понятно. Однако, не понимают и раз за разом долдонят одно и то же, что якобы кто-то что-то украл. Попробую ещё раз.
* * *
Первое. Образование, медицина и прочая социалка у нас вроде как бесплатные, но ведь бесплатным бывает только сыр в мышеловке. Зарплату врачам и учителям надо платить, инфраструктуру содержать, лекарства покупать. Деньги-то где взять?
Чтобы платить зарплату врачам и учителям, государство берёт деньги из налогов, которые предприятия платят с прибыли. В СССР все предприятия были государственными, у одних прибыль была, у других напротив убытки. Об этом в газетах не писали, но кафедра марксизма-ленинизма ещё в семидесятые отнюдь не скрывала, что в стране убыточны сельское хозяйство и целый ряд отраслей.
Сейчас проще перечислить, что в СССР было прибыльным. Несомненно, нефть (после Войны Судного дня), приносившая в страну нефтедоллары, на которые закупалось за бугром зерно (2,2 млн.т в 1970, 44,2 млн.т в 1985), итальянские или австрийские сапоги, в очереди за которыми жительницы города трёх революций стояли у универмагов ночами, японские фрезерные станки для обработки гребных винтов подводных лодок и многое другое.
На внутреннем рынке убытки закрывались продажей водки- товара с низкой себестоимостью, но высокой ценой. Также других товаров, которые официально называли товарами не первой необходимости. Автомобилей, например, которые были дефицитом. Если в 1970 году СССР выпускал легковых автомобилей в 5 раз меньше, чем Италия, то в 1980, благодаря построенному итальянцами ВАЗу, всего на 20% меньше. Правда, население Италии было в 5 раз меньше, чем в СССР.
Автомобилей не хватало, их продавали существенно дороже себестоимости, затыкая дыры убыточных предприятий. Добавим ковры, мебель, хорошие книги, некоторые виды бытовой техники, золото... Что было дефицитом, за что население готово было платить деньги. Продукты питания, конечно, тоже были дефицитом, но цены на них не повышали по политическим соображениям, продавая ниже себестоимости.
Естественно, весь ВПК был убыточным. Он не может быть прибыльным, поскольку не продаёт продукцию потребителю, а функционирует исключительно на деньги налогоплательщиков. То есть, на прибыль от продажи нефти за бугор и водки внутри страны. Конечно, какие-то поставки Ираку, Сирии, Индии, Малайзии... были, но это копейки. Поставляли и Африке, те не платили, долги потом списали.
«Общество делится на два класса. Тех, кто платит налоги и тех, кто их получает и на них живёт» (Томас Пейн)
А вот себестоимость в ВПК была а@уительнейшей, поскольку военная приёмка браковала узлы и детали в огромных количествах. Видел. Брак, естественно, списывали на себестоимость. Точную долю ВПК в ВВП СССР никто не называет, много противоречивых цифр. Одно ясно, что тратили до@уя и даже немного больше.
* * *
То есть. В СССР хозяином всего было государство, убытки одних отраслей компенсировались прибылями других. Совхоз покупал у завода трактор или комбайн не на свои деньги, а на государственные, то есть, ничьи. Поэтому фсем фсё было глубоко пох.
Расчёты между предприятиями заключались в перекладывании денег из одного кармана единственного собственника по имени Никто (он же государство) в другой. Через год в тракторе ломалась копеечная запчасть, совхоз «покупал» себе новый трактор, потому что у тракторного завода был план по выпуску тракторов, а не запчастей.
Не удивлюсь, лень искать цифры, если окажется, что СССР выпускал тракторов больше всех в мире. Уже при Горбачёве читал, что обуви точно больше всех. Полки обувных магазинов были заставлены этими уродливыми изделиями, к тому же мгновенно натиравшими ноги. Как-то так получилось, что во второй половине жизни ноги я ни разу не натирал, тогда как в первой постоянно после покупки новой пары. Напомню про ночные очереди, в которых дамы мегаполисов стояли в очередях за итальянскими сапогами.
Из графика мы видим, что при Брежневе нефть стоила также а@уительно дорого, как в 2008. Только жили-то мы тогда намного @уёвей, чем сегодня. Не то что фольксвагенов с мицубиши, туалетной бумаги с гондонами не хватало. Не говоря о еде. С пика около 40 в 1981 году цена нефти снизилась до 30 в 1985, а, вследствие увеличения добычи саудитами, рухнула до 10.
Дополнительно Михалсергеич с подачи Егора Кузьмича и академика Углова запретил водку. 3,14@@ец стал неизбежен, через шесть лет случился, так помимо всего ещё и денег напечатали «для ускорения научно-технического прогресса», по причине чего и обесценились вклады в сберкассах.
Тоисть. Продаём мы нефть на мировом рынке по 10 долларов, а себестоимость, как видим из статьи старшего научного сотрудника РАН (см. начало статьи)- 12 долларов. Однако. За добычу нефти государство платит нефтяникам рубли, продаёт буржуям за доллары. Не продавать не может, ибо за валюту закупает множество ценных вещей. Если без итальянских сапог дамы из мегаполисов как-нибудь перетопчутся (то же самое думаю по поводу японских станков для гребных винтов), с зерном уже сложнее. Жрать-то в стране нечего.
И взять недостающие деньги негде, ибо два главных источника налогов остались без прибыли, на остальном не заработаешь. Можно и нужно заняться снижением себестоимости, только кому это нах надо на государственных предприятиях, где фсём фсё пох. «Гудит как улей большой завод. А мне-то @уле? Е@ись он в рот»- слоган советских тружеников от уборщицы до генерального директора.
«Неужели не хватило двух десятков лет для того, чтобы убедиться: государственные инвестиции заводят мотор экономического роста, но это, скорее, устрашающий рев индустриальной цивилизации, которая топчется на месте, усугубляя отставание России от постиндустриального мира.
И это рычание быстро затухает. А потом экономика оказывается нечувствительна к государственным интервенциям: деньги вкладываются, регулирование тонкое, как ажурная резьба – редкий нормативист в нем разбирается, а роста нет...
Сравнительно недавний советский опыт показывает: об эффективности управления и новых технологиях говорят тогда, когда отчаиваются что-либо изменить в системе, но при этом стесняются говорить о самом важном и менять самое важное.
Надо не деталь в машине заменить или перевести ее в цифру, а поменять водителей и способ их отбора. И в «консерватории что-то поправить»...
...сегодняшняя правоохранительная система способна если не уничтожить, то сильно ограничить свободный рынок в российской экономике...
Больше свободы – больше эффект: вот как это бывает. Меньше дурацкого регулирования – больше эффект.
Левиафана, может и надо улучшать, но прежде всего его нужно посадить на диету, чтобы он похудел – стал маленьким, дружелюбным, помахивающим хвостиком и не употребляющим на обед маленьких мальчиков из Высшей школы экономики, вышедших на площадь требовать конституционных свобод...
...сначала надо выдавить из Левиафана волкодава...
Несколько лет назад на одном из таких форумов ученый-тяжеловес из Массачусетского технологического института Лорен Грэхем сказал: «Вы хотите молоко без коровы».
Молоко в его интерпретации – это прорывные технологии. Корова – это демократия, права и свободы человека и гражданина, защищенный институт частной собственности.
"...Грэхем очень хорошо объяснил разницу между изобретением и инновацией.
...Грэхем чётко сформулировал, почему в России (в Российской империи, в СССР) были великие изобретения, но никогда не было великих инноваций. Причина всегда была одна - власть"
Лорен Грэхем: Задам смелый вопрос – почему Россия извлекла недостаточно много выгоды из гениальных работ своих учёных и инженеров? Прежде всего скажу, что продолжает расти разрыв между компаниями, государствами, которые пожали плоды четвёртой индустриальной революции и которые этого сделать не смогли. Реальность состоит в том, что Россия – это одна из тех стран, которые однозначно не смогли пожать плоды четвёртой промышленной революции...
Инновационность означает – взять этот продукт или процесс и сделать его коммерчески успешным. Причём успешным не только для вас, для изобретателя, но и для общества. Противоречие и странность состоит в том, что у русских получается изумительно изобретать и очень плохо – заниматься инновациями...
...России не удавалось выстроить общество, где блестящие достижения граждан могли бы находить выход в экономическом развитии. Все руководители России со времён царизма до нынешних времён полагали, что ответ на проблемы модернизации именно в технологиях, а не в социоэкономической среде, которая способствует развитию и коммерциализации технологии...
...что это за элементы культуры, которые позволяют идеям разрабатываться и выливаться в коммерчески успешные предприятия? Это демократическая форма правления, свободный рынок, где инвесторам нужны новые технологии. Защита интеллектуальной собственности, контроль над коррупцией и преступностью, правовая система, где обвиняемый имеет шанс оправдать себя и доказать свою невиновность. Эта культура позволяет критические высказывания, допускает независимость. В ней можно потерпеть неудачу, чтобы попытаться ещё раз. Вот некоторые из неосязаемых характеристик инновационного общества.
...русские, с которыми мы говорили, особенно в институтах и университетах, не понимали эти моменты. Они продолжали задавать конкретные вопросы по конкретным технологиям: нанотехнологии, информационные технологии, трёхмерная печать. Они спрашивали, какая конкретная технология может принести успех. Наконец, уставший от этих вопросов ректор MIT господин Райф повернулся к своему российскому визави и сказал: «Вам нужно молоко без коровы!»
В настоящий момент руководители России пытаются провести модернизацию. К сожалению, в русле своих предшественников, царей и советских руководителей, они пытаются отделить технологии от социополитических систем. Они говорят, что поддерживают «Сколково», этот амбициозный и дорогой клон Силиконовой долины рядом с Москвой. В то же время, должен сказать это, простите, они запрещают демонстрации, подавляют политических оппонентов и предпринимателей, у которых скопилось достаточно власти, чтобы бросить им вызов. Они перекашивают правовую систему в своих целях, они подписывают законы, которые обвиняют русских, которые сотрудничают в научных разработках с другими, они поддерживают авторитарные режимы.
Такого рода политика не может привести к развитию общества, где процветают рисковые предприниматели и инноваторы. Такая политика может привести только к возникновению общества, где люди втягивают голову в плечи, опасаясь быть наказанными. Модернизация, к сожалению, означает для них получение новых технологий при отказе от экономических и прочих принципов, которые эти технологии продвигают и доводят до успеха в других местах. Им нужно молоко без коровы. И до тех пор пока остаётся эта политика, научный гений русских людей, которых я так уважаю, останется экономически нереализованным.
Греф. Молчание было его ответом. Греф почему-то покраснел. Как красна девица»
Кто что полезного для людей сделал, в статье «Инновации и жизнь». Серб Тесла, армянин Манукян, русские Зворыкин, Сикорский, Понятов, Ипатьев, еврей из Москвы Брин, еврей с Киевщины Кум совершили свои инновации в США. Русский Доливо-Добровольский в Германии. Там, где товарищ майор не приходит к тебе в гараж, где ты занимаешься своими разработками и не спрашивает про наркоту или что-то ещё. «А если найду?»...
Прочитал книгу Эрика Райнерта «Как богатые страны стали богатыми». Автор не то чтобы левак, но очевидный антиглобалист и противник того, что называет вашингтонским консенсусом, правда, приписывая тому чего в нём нет. Например, почему-то упирает, что в основе консенсуса лежит трудовая теория стоимости Рикардо.
С чего он это взял, понять невозможно. В консенсусе десять пунктов, ни слова об этой теории. Давно общепризнанно, что цена товара определяется его потребительной стоимостью. Никто в здравом уме не сравнивает стоимость часа работы сборщика бананов с часом айтишника в Силиконовой долине. Только Райнерт почему-то неоднократно в книге упоминает, что эти стоимости не равны. Капитан Очевидность, однако.
Конечно, в книге есть и разумные вещи. Например, факт, что бедные страны специализируются на деятельности с убывающей отдачей, а богатые с возрастающей.
К первым видам деятельности автор относит добычу сырья и сельское хозяйство. Конкуренция в этих видах деятельности ведёт к снижению цен для потребителей, но не к богатству. По мере роста производства, инвестиции ведут к снижению прибыли на вновь вложенный капитал. Обрабатывающую промышленность- к деятельности с возрастающей отдачей. По мере роста объёмов производства прибыль от дополнительных вложений только растёт.
Помимо того в видах деятельности с убывающей отдачей мало инноваций, а с возрастающей наоборот. Не Райнерт ввёл эти термины, сельское хозяйство, добычу сырья называют мальтусианскими видами деятельности, а основанную на инновациях промышленность шумпетерианской. По Шумпетеру капитализм базируется на созидательном разрушении, благодаря постоянным инновациям.
Хотя насчёт сырья и сельского хозяйства не вполне верно. Арабские монархии богаты, именно благодаря ресурсам, то есть нефти. Да и Россия, главным образом, за счёт неё живёт. А сельское хозяйство, скажем, Израиля и Нидерландов вполне инновационно. Работник сельского хозяйства Израиля кормит 95 человек против 15 в России, при том, что 60% территории пустыня Негев. А Нидерланды занимают второе место в мире по экспорту продовольствия при том, что по территории 131-е.
Райнерт прав в утверждении, что свободная торговля бедных стран с богатыми не ведёт к росту богатства первых, хотя, предположу, качество жизни населения этих стран, благодаря западным ништякам, всё же растёт. В 2019 году в Нигерии было 64 автомобиля на 1000 жителей. Пруф. В СССР в 1985- 45.
И прочие ценные вещи, включая смартфоны, Интернет, электричество, водопровод, канализацию..., пусть не у всех жителей, там есть. Именно, благодаря свободной торговле с Западом. Нигерия продаёт нефть, завозит в страну ништяки. Самой Нигерии (да и СССР- России тоже) понадобились бы минимум десятилетия, чтобы научиться всё это делать самим.
В качестве главного рецепта, как бедной стране разбогатеть, Райнерт предлагает высокие таможенные тарифы на ввоз готовой продукции и вывоз сырья. Так стала богатеть Англия в 1485 году при Генрихе Седьмом, так отгородились тарифами от начавшей промышленную революцию Англии США и континентальная Европа.
Одно но. США и Европа не сильно отставали от сделавшей первой рывок Англии по материальному и технологическому уровню, образованности населения. Действительно, было возможно, отгородившись ненадолго тарифами, заняться копированием английской техники и быстренько догнать Англию.
В научном и технологическом плане Западная Европа была вполне единой с эпохи Возрождения. А её политическая раздробленность только способствовала конкуренции, следовательно росту. Мозги и умелые руки свободно перетекали между городами и странами. Благодаря такому фактору, пишет нобелевский лауреат Джоэль Мокир, и началось Великое расхождение, отрыв Европы от Китая, Индии, арабов, Османской империи.
Райнерт привирает насчёт того, что план Маршалла предусматривал какие-то таможенные тарифы. То же в отношении экономического рывка в Испании в пятидесятые. Напротив, по плану Маршалла отменялись внутриевропейские тарифы, создавался Общий рынок, а оборудование для восстанавливаемой промышленности завозилось из США на кредиты и гранты от тех же США. И Испания начала рывок, когда сняла таможенные барьеры и перешла к свободной торговле с Европой.
Почему-то Райнерт негативно относится к отвёрточным производствам, размещаемым США в Мексике. Но ведь с отвёрточных производств начинали все «азиатские тигры». Корейцы сперва собирали американские и японские автомобили, постепенно переходя к собственному производству. Для производства тех же автомобилей необходим рынок сбыта. У Аргентины в середине двадцатого века не получилось создать свой автопром. Чтобы иметь конкурентную цену, необходим некий минимальный объём производства, для этого объёма необходим рынок. Вот и не вышло.
Райнерт, видимо прав, что бедным странам никогда не удастся догнать богатые. Но не по причине, что богатые что-то делают неправильно, а в силу катастрофической отсталости. Сегодняшние кредиты МВФ и других организаций странам третьего мира он называет благотворительным колониализмом. Получив деньги, эти страны не инвестируют их в производство, а банально проедают. Прав он и в том, что в имеющихся условиях бессмысленно давать жителям этих стран хорошее образование. Получив его, они тут же съя@ывают в первый мир.
По Райнерту бедные страны должны отгородиться от цивилизованного мира таможенными тарифами и создавать свои производства. Однако, это сразу же отбросит их в каменный век. Автомобили, канализация, смартфоны... у них есть только потому, что Запад туда всё это завёз. В обмен на нефть или бананы. И там в своём каменном веке они должны начать строить заводы, копируя западные технологии. Повторю, тарифная защита Европы и США от Англии осуществлялась при крайне незначительном различии уровней развития.
Зато есть пример «азиатских тигров», реально совершивших рывок из третьего мира в первый. Во всех случаях это была авторитарная модернизация. То есть меритократическая власть стала проводить в стране реформы, направленные на создание либеральной рыночной экономики. Про эти реформы я писал в статьях «Как государства богатеют».
Могут ли другие бедные страны последовать их примеру? При ряде условий. Во-первых, надо иметь во главе страны лидеров типа Ли Куан Ю и Пак Чон Хи. А, согласно поговорке, на одного Ли Куан Ю приходятся тысячи Мобуту Сесе Секо. Во-вторых, население должно хотеть богатеть, благодаря своему труду и не препятствовать, чтобы кто-то богател быстрее тебя. Зависть тормозит развитие.
Сингапур и Южная Корея в шестидесятые мало что могли предложить внешнему рынку. Их пути в первый мир несколько отличались. Видимо, в Сингапуре не было собственных предпринимателей, на которых можно было опереться, поэтому Ли Куан Ю взялся разными пряниками затаскивать в страну транснациональные корпорации (позже этому примеру последовал Дэн Сяопин).
И начинали не с высоких технологий, а достаточно простых производств. Не было достаточного количества подготовленного персонала. Постепенно переходили к более сложным производствам, электроникой занялись в семидесятые.
Пак Чон Хи отобрал группу успешных корейских предпринимателей, кое-кого при этом выпустив из тюрьмы, предоставил им государственные гарантии по кредитам на покупку технологий и другие преференции для создания экспортно-ориентированных производств. Я писал, что по духу это похоже на российские залоговые аукционы. Вопреки неясно кому и зачем нужной справедливости, богатым людям предоставили возможность стать ещё богаче. И в Корее результат оказался блестящим. В России же с начала нулевых бизнес стали загонять под шконку, потому ни@уя и не вышло. Хотя, благодаря реформам девяностых, качество жизни фантастически выше, чем в совке.
Не знаю, могли ли другие поступить также, как Сингапур, Корея, Тайвань. Отличия, вероятно, и в качестве не склонных к воровству лидеров, и в качестве населения. Грегори Кларк в книге «Прощай нищета. Краткая экономическая история мира» пишет, что в эпоху мальтусианской экономики в Англии, Нидерландах и других странах Европы произошла биологическая селекция населения, которую я назвал теорией кота в сапогах.
Он же сравнивает производительность труда на ткацких фабриках начала двадцатого века в Великобритании и Индии. И статистически показывает, что индиец на том же самом оборудовании, при том же самом менеджменте имеет производительность труда в 6-8 раз ниже, чем британец. А когда стали пытаться переносить производства в Кению и Уганду, выяснилось, что там ещё хуже. Попытки заставить аборигенов работать энергичней приводили к увеличению числа ошибок.
В конце книги Кларк делает пессимистический вывод, что бедным странам (предположу, не всем) так и не удастся разбогатеть: «...единственная доступная Западу политика, которая гарантированно бы что-то давала хотя бы части бедняков третьего мира, состоит в либерализации иммиграции из этих стран. Экономические последствия иммиграции нам хорошо известны из истории таких стран, как Великобритания, США, Канада, Австралия и Новая Зеландия, которые в современную эпоху приняли большое количество иммигрантов. История говорит нам о том, что мигрантам, особенно приехавшим из очень бедных стран, благодаря миграции удавалось колоссально повысить свое благосостояние [395]. Пусть помощь третьему миру уходит в карманы западных консультантов и коррумпированных правителей этих стран. Но каждый лишний мигрант, допущенный в Изумрудные города развитого мира, — это лишний человек, получивший гарантию на улучшение материальных условий своей жизни». Пруф.
Только, сдаётся мне, население стран Запада не сильно приветствует либерализацию иммиграции к ним жителей третьего мира.
Прочитав книгу Райнерта, я усвоил, что бедным странам не суждено стать богатыми кроме исключительных случаев сочетания меритократических правителей типа Ли Куан Ю и Пак Чон Хи с трудовой этикой населения, похожей на европейскую или конфуцианскую.
Есть у Райнерта и замечание, которое можно отнести к России. Если государство стремится выйти на глобальный рынок, но политически, социально, технологически к этому не готово, политический верх в стране возьмут сырьевики, ибо разбогатеть на продаже сырья проще, чем на промышленном производстве. Они же будут препятствовать модернизационным реформам. Что и случилось в нулевые.
«...все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление (pursuit на английском) к счастью» (Преамбула Декларации независимости США)
Обратите внимание. Стремление к счастью, а не оно само. Осчастливить человека насильно невозможно. Справедливая система может лишь дать ему право стремиться к собственному счастью. Понимание которого у людей сильно различается.
* * *
Будучи человеком либеральных взглядов, можно сказать либералом (не возражаю даже против либераста, кое слово, также, как фантаст, гимнаст, схоласт, энтузиаст..., вопреки мнению значительной части населения, не имеет никакого отношения к сексуальной ориентации), неоднократно получал от человека антилиберальных взглядов заявления, что меня следует убить или посадить в зиндан. Да, так открытым текстом и писалось.
Заметьте, я ни про кого, включая его, такого не писал. Моё понимание либерализма заключается в том, что я хочу жить, как я хочу. А другие, включая этого антилиберала, пусть живут, как они хотят. То есть я согласен с его правом жить, как он хочет, а он с моим правом жить, как я хочу, не согласен.
Это первое и, возможно, главное отличие либерала от антилиберала. Я признаю его право пить, есть, читать, смотреть, что он хочет, трахаЦЦО с кем и в какой хочет позе, жить где хочет, путешествовать, куда хочет, зарабатывать деньги любым, не наносящим ущерба другим людям способом... Он моих прав на то же самое не признаёт.
* * *
Определение либерализма от ИИ (общепринятое):
«Либерализм (от лат. liberalis — свободный) — это идеологическое и социально-политическое течение, провозглашающее высшей ценностью права и свободы отдельного человека (индивидуализм). Основные принципы включают гражданские свободы, парламентский строй, верховенство закона, частную собственность и свободное предпринимательство при ограниченном вмешательстве государства в жизнь общества. Основные аспекты либерализма: Свобода личности: Фундаментальная идея о том, что каждый человек имеет право самостоятельно определять свою судьбу, свободу слова, совести и собраний. Экономическая свобода: Поддержка свободного рынка, частной собственности и минимального вмешательства государства в экономику (laissez-faire). Политическое устройство: Приверженность парламентской демократии, конституционализму, защите прав меньшинств и разделению властей. Терпимость: Уважение к различным взглядам, традициям и типам поведения, что также известно как толерантность. Исторически либерализм возник как критика абсолютизма и сословного общества в XVII–XVIII веках, став основой для развития современного демократического общества. Существуют различные течения, от классического либерализма, делающего акцент на минимальном государстве, до социального либерализма, допускающего роль государства в обеспечении равенства возможностей»
* * *
Вот несколько вариантовопределения от российского общества «Знание»: «Либерализм (от лат. liberalis «свободный») — социально-политическое учение и общественное движение, основной идеей которого является самодостаточная ценность свободы индивида в экономической, политической и других сферах жизни общества. Либерализм — излишняя терпимость, снисходительность к кому-либо, чему-либо, приводящие порой к попустительству чему-либо предосудительного, достойного порицания. Либерализм в воспитании иногда вредно сказывается на характере человека. Либерализм — тип мышления и поведения, характеризующийся независимостью и терпимостью по отношению к различным взглядам, традициям, типам поведения. Либерализм — вольнодумство, желание большей свободы — система либеральных идей»
Лично я не совсем согласен со вторым пунктом. Что такое попустительство? Если человек не нарушает прав другого человека делать, что тот хочет, пускай сам делает, что хочет. Люди, которых в детстве меньше ограничивают запретами, вырастают мягкими, добрыми, терпимыми к другим людям и креативными. Сам такой. Конечно, получившие подобное воспитание к военной службе, основанной на приказе, пригодны плохо.
Зато могут написать музыку, картину, компьютерную программу или придумать какой-нибудь полезный людям ништяк. Например, персональный компьютер. А вот кого ограничивали, ограниченными и вырастают. Строем ходить умеют запросто, с написанием программ уже сложнее. На эту тему теория американского экономиста географа, социолога, Ричарда Флориды, автора термина «креативный класс».
«Тот, кто довольно марширует под музыку в строю, уже заслужил мое презрение. Мозгом он был наделен по ошибке, ему вполне было бы достаточно и спинного мозга» (Альберт Эйнштейн). Эйнштейн, безусловно, либерал.
Возбранять детям мучить живые существа, несомненно, необходимо. Подрастя, подобные мучители становятся антилибералами, дорвавшись до власти, диктаторами. Разумеется, воздействовать не через прямой запрет, а через убеждение, вербальные доводы. А вот запрещать им валяться в грязи и лужах не стОит. В европейских детских садах в дождь детей одевают в специальные комбинезоны и пускают дрязгаться в лужах. Такие во взрослом возрасте и становятся либералами. Можете также погуглить о японской системе воспитания. До пяти лет там вообще никаких запретов.
«Сегодня в нашем мире так много диктаторов, тиранов, угнетателей, мучителей… Что у них было за детство? Нужно задаться этим вопросом. Я уверена, что за большинством из них стоял отец-тиран или кто-то другой, воспитывающий их прутом или кнутом» (Астрид Линдгрен) Астрид Линдгрен тоже очевидная либералка.
* * *
В голове антилиберала, тем не менее, сон его антилиберального разума рождает совершенно чудовищные формулировки:
«Как известно, либерализм является развитием феодализма: феодалы увольняют короля и взамен основывают кооператив олигархов. Началом либерального движения считается Великая хартия вольностей. Аналогично феодализму, в основе либерализма лежит принцип священности собственности, и правом голоса в либеральном кооперативе обладают только прошедшие имущественный ценз (нет миллиарда — иди в жопу). Все остальные — это просто плесень, поросшая на чужой собственности, государство вообще не просило их рожать. И раз уж живут, должны платить феодалу подати, или извольте на виселицу за бродяжничество»
Каким образом гарантии прав личности вытекают из феодализма объяснить можно только психическими отклонениями автора формулировки.
Определение феодализма от общества «Знание»: «Феодализм — это система общественных отношений, характерная для средневековой Европы, основанная на феодальной зависимости, вассальных отношениях и земельной собственности. Феодализм — система социальных отношений в обществе, возникшая в конце шестого века и характерная для определённых государственно организованных добуржуазных обществ. Основным экономическим ресурсом в доиндустриальных обществах являлась земля, отношения к которой составляли основу феодального строя. По сути феодализма, земля принадлежала феодалам»
"Феод — земли, пожалованные вассалу сеньором в наследственное владение, пользование и распоряжение на условиях несения вассалом военной, административной или придворной службы в пользу сеньора" (С)
Главный феодал (король) был владельцем всех земель. Свои земли на договорной основе он давал вассалам- герцогам за то, чтобы те ему служили. Герцоги также за службу давали земли баронам, те мелким рыцарям. Причём, действовало правило «Вассал моего вассала не мой вассал». То есть, служивший герцогу барон короля мог и послать. В этом отличие феодальной системы от «вертикали власти».
Конечные собственники земли давали её в аренду крестьянам, которые могли быть прикреплены к земле (далеко не всегда). При этом хозяйство крестьяне вели самостоятельно, являясь собственниками двора и средств производства. Существует разница между феодализмом в Западной Европе и в России.
На Западе после эпидемии чумы четырнадцатого века, когда в отдельных регионах вымерло до трёх четвертей населения, крепостное право исчезло. У крестьян появилась возможность бежать в самоуправляемые города, откуда выдачи не было. А в Восточной Европе крепостное право, напротив, усилилось, в конце шестнадцатого века были запрещены переходы к другому хозяину. «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день».
То есть, власть короля была вовсе не безграничной. Могли послать и посылали. При Вильгельме началось закручивание гаек и построение «вертикали власти». Что, как мы знаем на примере России XXI века, ведёт к стагнации и плавному движению в направлении жопы. Которая, сильно надеюсь, случится не при моей жизни.
В начале тринадцатого века, когда «монголо-татары» ещё только подбирались к Руси, в Англии правил младший брат Ричарда Львиное Сердце Иоанн Безземельный, известный нам из романа Вальтера Скотта про потомка киевского дружинника Ивана @уева, как принц Джон.
Вопреки мнению антилиберала, в этой Хартии, включавшей 63 пункта, отражены права не только баронов, но и духовенства, и простолюдинов. В документе впервые в мировой истории оговаривались действия должностных лиц строго в рамках закона, соразмерность деяния и наказания, признания виновным только в судебном порядке, неприкосновенности имущества, свободы покидать страну и возвращаться в неё.
Эти либеральные принципы существуют и по сей день, например, во Всеобщей декларации прав человека, принятой ООН в 1948 году.
Антилиберал почему-то считает, что «...правом голоса в либеральном кооперативе обладают только прошедшие имущественный ценз...». Мне видится, что во многих странах мира органы власти выбираются всеобщим голосованием. И в большинстве существует сменяемость власти. Например, в США в двадцать первом веке четвёртый президент, если считать Клинтона, покинувшего пост 20.01.2001. А может и пятый, ибо у Трампа был перерыв, он в США и сорок пятый, и сорок седьмой президент.
Хотя, если уж на то пошло, по моему скромному имхо, ценз для участия в выборах быть должен. Имущественный или интеллектуальный. Для допуска или сдаёшь тест, или платишь. Я убеждён, что легко сдам интеллектуальный тест. А вот двоечников к выборам лучше бы не допускать. Ибо двоечники двоечников и выбирают. Следовательно, дальнейшее развитие при руководителе- двоечнике идёт по двоечному сценарию.
Ещё антилиберал справедливо пишет, что «...в основе либерализма лежит принцип священности собственности...». Несомненно, так. Ибо она относится к естественным правам человека.
«Концепция естественного права зародилась в Античности и с тех пор претерпела весьма значительную эволюцию. С ней связаны такие имена, как Платон, Аристотель, Гуго Гроций, Томас Гоббс, Бенедикт Спиноза, Джон Локк, Шарль де Монтескьё, Жан-Жак Руссо и ряд других авторов» (С)
К естественным (неотчуждаемым) правам человека относятся основные права, принадлежащие каждому от рождения, не зависящие от воли государства: право на жизнь, свободу, личную неприкосновенность, достоинство личности, собственность и безопасность. Эти права фундаментальны, их признают высшей ценностью, обеспечивающей существование и развитие личности. Это и есть принципы либерализма.
«Неприкосновенность частной собственности – основа бытия Русской державы» (П.А. Столыпин). К сожалению, Столыпина убили, а неприкосновенность частной собственности так и не обеспечили. По сей день. Не сосчитать, сколько предприятий отжали, начиная с нулевых. Сейчас вот в Питере отжимают предприятие, созданное в 2000 году...
И почему антилиберал полагает, если можно отжать у кого-то нефтяную компанию, то что-то остановит от отжатия у него его собственной квартиры? Принцип один. Либо собственность неприкосновенна, и это касается абсолютно всех. Либо нет. И это тоже касается всех, включая владельцев собачьих будок. Имеретинская долина вам в помощь.
* * *
Рассмотрим либерализм в двух аспектах: гуманистическом (то есть, человеческом) и экономическом. Есть ещё юридический, заключающийся в верховенстве закона над волей правителей и равенстве всех граждан перед законом вне зависимости от их богатства, социального влияния и положения. Понимаю, россиянам в последнее поверить трудно, но так бывает. Президентов, премьеров, министров... отстраняют от власти, порой даже сажают...
Первого аспекта уже касался в начале. Простой принцип. Я хочу делать абсолютно всё, что пожелаю, если это не нарушает прав и свобод других граждан. При этом признаю право всех прочих, независимо от цвета кожи, формы носа, курчавости волос, политической, религиозной или сексуальной ориентации на то же самое при выполнении того же условия.
То есть, я должен иметь полное право слушать музыку, например, Рамштайн, но, живя в многоквартирном доме с плохой звукоизоляцией, обязан приглушить звук или слушать в наушниках. Кстати, а что насчёт колокольного звона близ жилых кварталов? А ведь кто-то с ночной...
«Кто-то печет булочки, а кто-то жарит кузнечиков. Я лично предпочитаю булочки, но совершенно спокойно отношусь к тем, кто с аппетитом, как я, булочки, уплетает жареных кузнечиков. К человеку, который готовит кузнечиков, у меня тоже нет никаких претензий. Это его дело. Не моё. Он же не пихает их мне в рот, вырывая из моих рук любимую булочку со взбитыми сливками. Проходя мимо его лавки, я ему улыбнусь. Просто так. Забавный тип. Я не считаю его лохом, идиотом, дебилом, петухом, мразью, извращенцем, гламурной тварью, продажной скотиной и т.д. Он просто жарит кузнечиков, которых я не ем. Даже этот странный для меня труд я уважаю просто потому, что так меня учили. Судя по комментариям, многих учили по-другому» (С.В. Шнуров)
Принцип- каждый живёт, как ему нравится, не мешая жить другим, и является для меня основополагающим принципом либерализма. Чем питаться, во что одеваться, с кем и в какой позе трахаЦЦО (исключительно по взаимному согласию), что читать, на какие сайты заходить, какие каналы и фильмы смотреть... Если это не нарушает прав других.
«А мне, говорю вам я, Дана голова своя, И как мне на свете жить, Без вас я могу решить» (Л.П. Дербенёв)
* * *
От ИИ:«Экономический либерализм — это идеология, выступающая за минимальное вмешательство государства в экономику, свободу частной собственности, свободный рынок и конкуренцию, основываясь на принципах «невидимой руки рынка» Адама Смита и laissez-faire (невмешательства), где спрос и предложение определяют цены и распределение ресурсов, а главной целью является обеспечение максимальной экономической свободы индивидов».
Простыми словами. Каждый делает всё, что ему нравится, в том числе зарабатывает деньги любым доступным ему способом, а государство идёт на @уй. Это и есть основополагающий принцип либерализма в том числе в экономике.
Роль государства с точки зрения либерала должна сводиться исключительно к роли сторожа. Если «кто-то кое-где у нас порой» (С) покушается на жизнь, здоровье, собственность и права граждан, государство его в этом пресекает.
«Государство существует не для того, чтобы превращать земную жизнь в рай, а для того, чтобы помешать ей окончательно превратиться в ад» (Н.А Бердяев)
До эпохи буржуазно-демократических революций вмешательство феодальных государств в экономическую деятельность граждан было весьма значительным. Собственно, причиной этих революций и явилось стремление среднего класса (буржуа- горожан, то есть, купцов, ремесленников, интеллектуалов) добиться, чтобы государство в лице королей, герцогов, баронов и прочих товарищей майоров от них отъе@лось.
Первыми этого добились жители Нидерландов, начался золотой век страны. Во второй половине восемнадцатого века стал развиваться капитализм в Англии и Шотландии. У истоков британского капитализма стояли выходцы из средних и нижних слоёв общества, тем не менее, не обделённые интеллектом, энергией и предпринимательской жилкой.
Джон Уилкинсон был сыном литейщика, научился от отца основам мастерства. В семнадцатилетнем возрасте был отдан в ученики к купцу, освоил основы коммерции. В зрелом возрасте создал предприятия по массовому выпуску чугуна, а также разработал и запатентовал метод сверления стволов орудий, пригодившийся также Уатту и Болтону для расточки цилиндров паровой машины.
Благодаря наличию чугуна и возможности обеспечить точность сопряжения пары поршень- цилиндр, Мэттью Болтон и Джеймс Уатт усовершенствовали паровую машину Ньюкомена и наладили серийный выпуск таких машин для различных отраслей промышленности. Болтон был сыном бирмингемского изготовителя малых металлических изделий, Уатт сыном кораблестроителя, который также сам изготавливал и чинил различные приборы.
Паровые машины, помимо прочего, нашли применение на ткацких фабриках Ричарда Аркрайта, придумавшего ткацкие станки, организовавшего их массовый выпуск и строительство ткацких фабрик. Фабрика Аркрайта в Кромфорде считается первой в мире фабрикой современного типа. Благодаря поставкам из США хлопка-сырца, наладил массовое производство хлопчатобумажных тканей, благодаря чему многократно снизилась их себестоимость. Трудовую деятельность Аркрайт начинал учеником парикмахера. Из-за нехватки у семьи денег не ходил в школу, читать его научила старшая сестра.
Благодаря этим инженерам-капиталистам, миллионы жителей Европы получили дешёвую, удобную, практичную одежду из хлопка. Что согласуется с формулировкой американо- австрийского экономиста Йозефа Шумпетера: "Капиталистические достижения, как правило, заключаются не в том, чтобы обеспечить больше шелковых чулок для королев, а в том, чтобы сделать их доступными для заводских девочек в обмен на неуклонно уменьшающиеся усилия".
Эти, а также ряд других британских капиталистов и дали старт промышленной революции, благодаря которой, произошло великое обогащение человечества. Одним из главных условий, почему это случилось, явилось невмешательство государства в деятельность предпринимателей.
Напомню эпизоды последних десятилетий. Изобретатель видеомагнитофона, основатель фирмы «Ampex», гражданин США А.М. Понятов, проводил свои первые работы в собственном гараже. Основатели компании «Sony» Акио Морита и Масару Ибука начинали в помещении разбомбленного токийского универмага. Основатели «Apple» Стив Джобс и Стефан Возняк, как и основатели «Google» Сергей Брин и Ларри Пейдж в гараже. Создатели WhatsApp Ян Кум и Брайан Эктон в помещении склада.
Все они, как и многие другие инноваторы, выходцы из среднего, а то и нижнего, класса. Брин с родителями эмигрировал из СССР в семидесятые, Кум с мамой и бабушкой с Киевщины в девяностые, начинал трудовую деятельность уборщиком помещений.
Почему эти инновации оказались осуществлёнными? Потому что государство в лице представителя «вертикали власти» не вмешивалось в их деятельность. К ним не приходил товарищ майор и не спрашивал: «А наркоту вы тут не прячете? А если найду?...».
В послевоенной Японии попытки таких наездов случались. Но ботинок американского оккупанта при этом сильно бил японского товарища майора под зад. Генерал Макартур, фактически несколько лет правивший Японией, реформировал и очистил японскую полицию.
В США же подобный поиск того, чего нет с вымогательством денег у предпринимателей вряд ли возможен. Независимый суд в стране с сильными демократическими и либеральными традициями, несомненно, займёт сторону предпринимателя. А в нелиберальной- товарища майора. Ибо они оба из одной и той же «вертикали», предприниматель для них кормовая база, податное сословие, «дух бесплотный», «тварь дрожащая»...
В этом отличие либеральной экономики от нелиберальной. В первой закон и «невидимая рука Адама Смита» сильнее «вертикали власти». Во второй наоборот. Поэтому нелиберальным странам не суждено догнать по экономическому и технологическому уровню либеральные. Если, конечно, не проведут либеральные реформы.
