понедельник, 24 июля 2017 г.

Мы, они и скрепы

     «Между нашим миром и миром фанатиков и дикарей есть одна принципиальная разница: у них «Шарли» быть не может. А у нас есть»
«Что скрепляет нацию лучше всего? Лучше всего нацию скрепляет злоба»
(А.Г.Невзоров)

    ЧИТАТЬ СТАТЬЮ "МЫ, ОНИ И СКРЕПЫ"

среда, 12 июля 2017 г.

Из совка в свободные девяностые и обратно. Часть 3



     ЧАСТЬ 1
     ЧАСТЬ 2
     ЧАСТЬ 3
      Конечно, нужны были деньги. Ну, так работал, где и как написал. До начала нулевых практически без выходных. И нисколечки от этого не плющило, ибо видел в том смысл. Работа не ради строительства мифического коммунизма, а токмо ради доставить удовольствие своим близким и себе, разумеется. И это было причиной позитивного настроения. Наличие смысла в жизни и работе. Ибо к концу восьмидесятых в совке бессмысленность существования угнетала очень. Ради того, писал, и в спорт вернулся. Чтоб не запить от тоски.
     «Мой милёнок от тоски
Пробил ##ем три доски.
Это крепнет год от года
Мощь советского народа».
                                                 *  *  *
     Но всё же больше в девяностые доставляли не возникшие возможности удовлетворения материальных потребностей, а воздух свободы.
     «…воздух свободы #опу защекотал? Я, ####ь, расщекочу…» ©, гуглите словосочетание «прос#али все полимеры», потрясающий монолог топ-манагера Северстали…
     Строки Газманова: «Я сегодня не такой, как вчера. Я голодный, но весёлый и злой…». Чтобы сильно голодал, не скажу, мало того, даже мои и жены родители пенсионеры, насколько помню, не голодали. А вот ощущение веселья и хорошей спортивной злости, драйва так называемого, помню. Заработать денег, чтобы купить что-то нужное себе и своим близким. Без понуканий начальства и разборок в партбюро.
     Информационная свобода. Запретов практически никаких. Поскольку я имел отношение к рекламе и часто размещал объявления и блочную рекламу в популярной тогда в Питере газете «Реклама- Шанс», процитирую объявление из неё: «Все виды секса кроме анала»…
     А какие рекламные слоганы: «Сосу за копейки» (реклама пылесоса), «Журнал, издатый для мужчин», «Живи охрустенно» (не то чипсы, не то сухарики)…
     А сколько сразу появилось фильмов, в первую очередь американских. Начиная с «Крепкого орешка» с Брюсом Уиллисом. Когда во второй половине девяностых Кэмерон снял «Титаник» с юным Ди Каприо, фольклор откликнулся анекдотом: «Надо было брать на главную роль Уиллиса. Он бы всех спас».
     И уже в середине девяностых, в условиях низких цен на нефть, дефицита бюджета, появление доставляющих российских фильмов. «Особенности национальной охоты», например, сериала «Улицы разбитых фонарей», особенно первых его серий, снятых по произведениям экс-начальника убойного отдела Андрея Кивинова.
     Эти кивиновские менты сразу полюбились потому, что были настоящими, не соцреалистичными советскими милиционерами, которые и не пили, и половой жизнью не жили. Эти же пили на работе водку, трахали в кабинетах свидетельниц, но дело делали. Кстати, открывая бутылку пива пээмом, показывали зрителю этикетку. Это об источниках финансирования. Product placement
     Наряду с реалистичным Кивиновым, также рассчитанными на массовый вкус детективами типа Доценко, была и Александра Маринина (эта даже не майор, как Кивинов, целый полковник) с её интеллектуалкой Настей Каменской…
     А сколько книг появилось в девяностые. Книжные развалы на каждом углу, в переходах метро. Сколько всего читабельного. После совкового-то дефицита, когда, чтобы прочесть «Трёх мушкетёров» надо было сдать 20 кг макулатуры, получить талон, а потом ждать, когда книгу в магазин завезут.
     Читали мы в СССР и западные детективы (Кристи, Сименон…), и западную фантастику (Бредбери, Хайнлайн…). Но очень мало. Купить в магазине было абсолютно нереально, в библиотеках по записи на несколько месяцев вперёд. Я, кстати, многое возил из Венгрии и Чехословакии, в соцстранах были магазины советской книги, где наш дефицит продавался относительно свободно. Но и там была продажа из-под прилавка. Двухтомник энциклопедии «Мифы народов мира» в Пльзне так и купил по дружбе с продавщицами.
     А тут вдруг сразу Чейз, Ле Карре, Гарднер, Шелдон… Фармер, Силверберг, уж не буду за Толкина… Жанра фэнтэзи в СССР, можно сказать, мы и не знали. И ведь тут же появились свои фантасты, Дяченко, Лукьяненко, Перумов…
     Каким интересным и, главное, разнообразным в девяностые был телевизор. Вкусы у людей разные, но доставляли и «Маски шоу», и «Джентльмен шоу», и «Намедни», «Итого», «Пресс клуб», «Про это», «Куклы»…
     Последняя из упомянутых передач показывала забавного «дедушку», говорившего: «Ну-у-у, бли-и-ин, понима-а-аш…», и никто передачу эту не запрещал. Мало того, когда ретивые помощники из гэбистов хотели закрыть, дедушка грохнул кулаком по столу и запретил закрывать.
     Ибо в демократическом обществе нельзя, западлО, смеяться над слабым, над бедным, а вот над властью можно и нужно. Даже обязательно нужно. В других странах тоже были аналогичные смешные куклы Тэтчер, Рейгана и прочих.
      А это карикатура на Оланда в Шарли Эбдо не так давно. И никто журнал не закрыл, и налоговая с пожарными проверять не пришли… Возможна такая карикатура на Путина? То-то и оно. Потому у них ВВП на душу населения и выше, чем в России в пять раз…
     У нас же в начале нулевых мелькнувший несколько раз в «Куклах» крошка Цахес передачу мгновенно прикрыл…
     Не могу не вспомнить передачу МузТВ, shit-парад в оной с ведущими Мишей Рольником и Асей Калясиной. Саму-то музыку слушал мало, а вот этих ведущих с огромным удовольствием.
      А песни… Разве в путинской России есть такие жизнеутверждающие песни, как:
      «Ты отказала мне два раза,
Не хочу, сказала ты,
Вот такая вот зараза…»
Или
      «Ты мне прямо скажи,
Чо те надо, чо те надо,
Может дам, может дам…»
     А то:
                                                *  *  *
      В девяностые закрывались не производящие полезного продукта фаллометрические предприятия, зато открывалось великое множество новых, полезных. В 1990 году в Ленинграде колбасу делали два мясокомбината, в девяносто восьмом в Санкт-Петербурге около двухсот. Это я, как человек, занимавшийся почтовой рекламой, говорю, у меня адресные базы всех предприятий были.
     Экономика отворачивалась от производства товаров для убийства и поворачивалась к товарам для жизни. Начинала производить то, что можно продать. Уже в нулевые, но на основе тех реформ, что были проведены в девяностые, в Россию пошли иностранные инвестиции. Только в Питере и окрестностях пять сборочных автозаводов: Форд, Тойота, Дженерал моторс, Хёндай, Ниссан. Помимо них заводы бытовой техники Электролюкс, Сименс,  Хьюлетт Паккард. И так по всей России.
      В девяностые предпринимателями становились «люди с улицы», не занимавшиеся ни с кем в секции дзюдо и не служившие в КГБ. И «товарищи майоры», курирующие территорию, не приходили к ним и не требовали мзду. Да, таковую требовали бандиты, коих было немало. Но. Те бандиты не носили погоны, и их пахан сидел на соседней улице, а не в Кремле…
     Бандит без погонов, конечно, опасен, но в стопиццот раз менее того, что в погонах.
     И ещё. Среди моих клиентов были и инженерные фирмы, инновационные, начинавшие выпуск изделий на основе своих разработок и изобретений. Не эппл с гуглом, конечно, но всё-таки. Кстати, их даже бандиты не трогали. То есть, были в девяностые и начале нулевых свои стартапы. У «людей с улицы». Да тот же Павел Дуров, 2006-й год это всё ещё излёт девяностых, гайки уже закручивали, но какая-то свобода оставалась. А потом «отжали», он уехал…
                                                 *  *  *
      И мне скажут про зиму девяносто второго и, что сколько-то людей умерло от голода. Причём в Москве, как написали Лужков и Попов по смерти Гайдара.
      Первое. А сколько бы умерло, не будь либерализации? Я, здоровый тридцатисемилетний мужик, получавший фантики с «куличом» реально не знал, где в декабре девяносто первого купить на них еду. А в январе девяносто второго проблем уже не было.
     Второе. Мои и жены родители были пенсионерами. Примерно, как нам сейчас им было.  Ну, вот не умирали они с голоду. Кстати, в Орёл за едой в декабре 91-го я с отцом ездил, а в 92-м они уже как-то обходились. Хотя на лето он в Орловскую и уезжал, с сестрой с огорода кормился.
     И сюжеты в телевизоре из девяностых. Супруга прокомментировала тётку, рассказывавшую, что детей нечем кормить: «Ты бы серьги золотые-то сняла бы…». Ещё. Толпа тёток из московского Метростроя в дублёнках, пусть даже турецкого производства, рассказывает, что у них нет денег жетон на метро купить до работы доехать. А ты, блин, дублёнку продай, купи билет в Стамбул, привези оттуда пять или десять таких дублёнок и здесь продай. У моей жены дублёнка в конце девяностых появилась, но компьютер мы купили в девяносто четвёртом. Потому как средство производства.
     И не понимал тогда базара насчёт того, что зарплату месяцами не платят. Мне не платили в «Коралле»- уволился. Задерживали в «Венце»- писал заявление (несколько раз) и уходил, бухгалтер с конвертом бежала за мной по коридору…
     Ладно, я житель мегаполиса, мне разговоры насчёт отсутствия работы непонятны потому, что её вокруг в девяностые было хоть #опой ешь. В глубинке, говорят, хуже. Но. В 2003-м отделывали сыну купленную квартиру, обои клеили две тётки молдаванки. Два дня работы- шесть тысяч рублей. Для того года и месячная зарплата такая неплохой была бы. И чо? У нас только молдаванки обои клеить умеют, а тётки из российской глубинки нет?
     А сейчас. Мне вот говорили таджики и узбеки на маршрутных автобусах в Питере тыщ по шестьдесят зарабатывают. А местные-то где? Или шестьдесят тыров уже мало?..
                                                 *  *  *
     И не могу не коснуться некогда любимого мною напитка. Пива. Нравилось даже то мерзкое пойло, которое называлось пивом в СССР. Я употребил это слово, потому как имел возможность сравнить. В восемьдесят четвёртом в Венгрии после тридцатикилометровой пробежки в воскресенье выпивал в придорожном кафе бутылку «Туборга» датского производства.
     Пить больше жаба душила, в СССР кружка (разбавленного) в ларьке стоила 22 копейки, бутылка «Жигулёвского» до повышения цен на тару- 37 копеек. «Туборг» по курсу выходил 2р. 50к., суточные у меня были 17 рублей, так ведь столько всего в этой Венгрии было, что в совке и присниться не могло…
     Потом стал летать в Пльзень, там «Праздрой» хлестал уже литрами, а по возвращении к местному пиву и не притрагивался. Почувствовал разницу.
     А в девяностые… Вот было пивное раздолье. Как-то раз в торговой зоне около метро «Василеостровская» за раз около 60 сортов пива насчитал от разных пивзаводов. Доставляло…
     Потом по причине ежедневности употребления радости уже не испытывал, о чём писал в статье «Капитализм лишил меня скупых телеграмм радости». После поездок в Болгарию пристрастился к красному сухому вину, которое в совке считалось мерзопакостным напитком. Во-первых, не знаю, чего тогда продавалось, в Турции и Египте оно тоже не очень вкусное. Во-вторых, его не из горла в подворотне пить надо.
     Да, ну и. Благодаря изобилию пива, набрал вес 112кг, а потом взял, да и скинул обратно до восьмидесяти.
    Хочешь похудеть, спроси меня как
                                                 *  *  *
     Ну, а потом…
     И начиналось не так уж плохо, с намеченного в девяностые пути не уходили, навели порядок в налогообложении, попёрли вверх цены на нефть, жизнь становилась всё веселее и веселее. А потом проявились пацанские комплексы из подворотни с наложившимся на них гэбэшным отпечатком. Страна покатилась назад, только вместо марксизма-ленинизма теперь духовные скрепы, а так хрен редьки не слаще.
     В экономике полная задница, частной собственности почти не осталось, та, что номинально таковой ещё считается является ею, покуда кому-нибудь из «ближнего круга» не хочется сделать своей. Внизу ещё работает малый и средний бизнес, стартовавший в девяностые и начале нулевых, но стремления молодёжи заниматься бизнесом, как это было четверть века назад, уже нет.
     Получившие образование, те, кто порядочнее, стремятся свалить, «морально гибкие» идут на госслужбу- воровать, брать взятки. Так устроена система вертикали власти, создававшаяся с начала нулевых.
     Кстати, многие малые бизнесы, созданные в девяностые, в нулевые были уничтожены. Чтобы не быть голословным, рынок мелкой торговли (ларьки, рынки) в Питере был убит не экономически, а совершенно административно. Взяли и разом закрыли все ларьки. Тогда это мероприятие лишило работы единовременно около сорока тысяч человек.
     Ещё раз- экономических предпосылок к тому не было, у ларёчников была своя ниша, которой теперь не стало. Чтобы купить одну бутылочку воды, шоколадку и т.п. я теперь вынужден тратить время на заход в супермаркет, раньше такая покупка отнимала несколько секунд.
     В начале нулевых на рынке маршрутного такси в Санкт-Петербурге работало около 100 предприятий и индивидуальных предпринимателей. Мне, как пассажиру, это было очень удобно. Административно их число сократили до трёх.

Из совка в свободные девяностые и обратно. Часть 2



     ЧАСТЬ 1
     ЧАСТЬ 2
     ЧАСТЬ 3
     Чего и как было в начале девяностых опять же по приведённым выше ссылочкам. Альтернативой гайдаровской либерализации цен был массовый голод и гражданская война, про которую голосом Шевчука кричал каждый включенный в розетку утюг…
                                                 *  *  *
      Что #опа назревает я понял примерно в восемьдесят девятом, те, кто поумнее, раньше. Ибо я зелёные американские бумажки стал покупать по 20 в девяностом, а умные люди, когда ещё они были по 4. В Интернете вообще, а в Макспарке в частности, огромное число людей рассказывают, что доллар стоил 60 копеек. Правда, не уточняют, где они его по этой цене покупали.
                                                 *  *  *
      В конце восьмидесятых меня уговорили стать начальником сектора конструкторского бюро. Вернее, сторговались. Я им уже несколько лет говорил: «Вы мне квартиру, я вам начальником». Квартиру в восемьдесят девятом дали, я сразу стал начальником.
     Это фото от июня 1990 года из той же заводской многотиражки по случаю всё  того же Дня изобретателя и рационализатора. Вдобавок к фотке я наговорил кучу разной антисоветчины, газетка, охренев от собственной смелости, это напечатала. Время такое было… Glasnost
     Несколько дней спустя я вышел из КПСС. Не один я в те июльские дни девяностого, процентов 10-15 по стране.
     Картина маслом «Токарь Иванов кладёт болт на устав КПСС».
     В октябре уволился с завода. Ловить было нечего, загранкомандировки накрылись. «Братские» социалистические страны послали нас подальше, устроив «бархатные революции», а в капиталистические (реально могла светить только Финляндия) меня бы не пустили по причине невысокой благонадёжности…
                                                 *  *  *
     О том, что самыми страшными в девяностые были последние месяцы девяносто первого до гайдаровской либерализации цен, я писал не раз. В магазинах товаров никаких, даже по талонам, на рынке цены безумно высоки…
                                                 *  *  *
     Просвет появился в январе девяносто второго, когда либерализация состоялась, товары появились в магазинах по ценам, пусть и в несколько раз выше прежних государственных, но ниже тех, что были на "колхозных" рынках. С января по июнь доллар упал со 120 до 80, килограмм мяса на рынке с 70 до 50. И об этом писал         
     По крайней мере, стало ясно что делать. Зарабатывать. Косить бабло. Главная функция семейного мужчины в любой экономике- что социалистической, что рыночной, обеспечивать семью. Только в социалистической таковое обеспечение сводится к отовариванию получаемых за якобы работу фантиков (якобы денег).
     Этим я занимался в загранкомандировках, а также командировках по стране. В других городах СССР можно было купить многое, чего не было в Ленинграде. Меня не удивляют рассказы жителей какого-нибудь Солнечно#уйска, что у них свободно продавались гондоны. Просто годовой выпуск Баковского завода РТИ случайно могли завезти именно в этот город. Как в Ашхабад лыжи, а в Анадырь пляжные принадлежности. Плановая экономика, блин
      В девяносто втором социальная роль мужчины изменилась, теперь в дом надо было приносить не сами товары, а деньги, в которые в одночасье превратились бывшие фантики. Ибо деньги- это то, на что можно свободно купить. Если в восьмидесятые из командировок я возил супруге косметику, колготки, бюстгальтеры, трусы, блузки, юбки, то в девяностые полностью от этого отстранился. Она берёт в «тумбочке» деньги, идёт и покупает, что ей надо.
                                                 *  *  *
      Итак, чем же я занимался в девяностые, уволившись с должности начальника сектора в конструкторском бюро.
      Выполнять частным образом заказы на конструкторские разработки, оформлять за деньги заявки на изобретения и промышленные образцы начал ещё в восемьдесят седьмом через центр НТТМ «Астрон»,
позже превратившийся в «Астробанк» с офисом на Невском проспекте и обанкротившийся в дефолт девяносто восьмого.
     В девяностые это занятие продолжал. Конструкторские разработки, например, выполнял для железнодорожников, заявки оформлял «корабелке». Года, кажется, до девяносто шестого.
     С осени девяностого работал в научно-техническом кооперативе «Коралл» по трудовой книжке типа главным конструктором. Только вскоре выяснилось, что научно-технические разработки нах никому не нужны, а нужны простые товары.
    Например, вот такие баки из нержавейки, благо председатель кооператива, бывший директор производства с завода, успешно 3,14##ил отходы миллиметрового нержавеющего листа с бывшего родного завода. Иначе бы он ушёл в шихту. Из отходов лепили баки и подобную хрень, которую до начала девяносто второго года обменивали в совхозах и птицефабриках Ленинградской области на мясо и яйца.
     Когда в январе девяносто второго фантики превратились в деньги, я занялся рекламой и продажей изделий из нержавейки родного кооператива, а, поскольку не всякие заказы он мог выполнить, стал размещать оные ещё и на других предприятиях, в частности, Ленпродмаше, Вагоностроительном заводе, НИИ Телевидения и других. Причём не только на ёмкости из нержавейки, а и на более сложную продукцию. С заказов имел свой процент.
     Кроме того спекулировал чем придётся. Ну, теми же баками, а также нержавеющими кухонными мойками. Купив в декабре 91-го в Орле (куда ездил из Ленинграда за едой) партию аудиокассет по 25 рублей, сдавал их в ларьки и комиссионки С.-Петербурга по 50- 60. Уходили влёт.
     В девяносто втором получил за оформление заявки на изобретение не деньги, а партию шоколадок из Румынии (охренеть!!!) распродавал эти шоколадки.
     Случайно увидев в магазине Новгорода, ещё не успевшего спустя полтысячелетия вернуть себе звание Великого, лежавшие там с советских времён решётки на фары для «восьмёрок» и «девяток» производства питерского завода «Электроаппарат» (вот она какая плановая экономика)
по 10 рублей за штуку, стал возвращать их обратно в Питер и продавать через начавшие массово плодиться магазины автозапчастей по сотне…
     Заключив договор с фирмой из Воронежа, продавал от её лица технологию производства столешниц с полимербетонным покрытием.
     Примерно таких. «Под малахит».
     К лету девяносто второго кооператив «Коралл» загнулся, но я, успел обратить на себя внимание деятельностью на рекламном рынке, то есть рассылкой рекламных предложений по почте, а также размещением объявлений в газете «Реклама- Шанс», и меня пригласили заниматься рекламой в АО «Венец». Который торговал автозапчастями, изготавливал мебель и деревянные дома. «Венцу» я до того впарил партию баков и упомянутую технологию.
      Кроме того я работал в фирме, созданной моим бывшим коллегой по КБ- МП «Текарт». Вместе с коллегой продавали рабочую одежду предприятиям региона. Просто надыбали место, где её можно купить подешевле, потом перепродавали.
      Где-то с лета 93-го я стал и через «Текарт» и от себя лично (ПБОЮЛом зарегистрировался в 94-м) продавать услуги почтовой рекламы. То есть, предлагая услуги по разработке и рассылке рекламных предложений фирм по собственной адресной базе. Прозанимался этим почти двадцать лет, число фирм- клиентов многие сотни, среди них ныне крупные и известные.
      Эту фирму, например, с фирменным знаком «кабанчик на колёсиках» начинал раскручивать в 94-м. Сегодня их магазины автозапчастей повсеместно в Питере, Ленинградской и близлежащих областях.
         Как-то мне получатели письма из Североморска вот такую благодарность прислали. Эта в/ч госпиталь Северного флота…
      Почтовой рекламой я прозанимался аж до 2013 года, то есть самая продолжительная деятельность в моей жизни. И упомяну, что кроме прочего в девяносто втором довелось поработать и грузчиком, и ночным сторожем…
     И всеми этими видами деятельности в начале девяностых я занимался одновременно
                                                 *  *  *
     О доходах. В 1984, будучи ведущим конструктором, получал зарплату 300 рублей, доллар на «галёре» Гостиного Двора в Ленинграде стоил 3 рубля, следовательно, моя зарплата составляла 100 долларов. Допускаю, мне напишут, в каком-нибудь Усть-Перепесдюйске на рынке баба Дуся продавала доллар по 60 копеек. Может быть. Но в Ленинграде и Москве по 3 рубля.
      В девяностом с «халтурами» зарабатывал «штуку», но доллар стоил уже 20 рублей, тогда я его и начал покупать, имея ввиду сохранение сбережений. То есть в девяностом было 50 долларов в месяц, примерно также в 91-м- 92-м. Потом так всё менялось, сколько выходило в месяц не припомнить, только стодолларовые бумажки дома уже хранились.
      В девяносто восьмом перед дефолтом зарабатывал около 500 долларов в месяц, в августе обвал, несколько месяцев вообще без доходов, потом нефть пошла вверх, резко возрос спрос на рекламные услуги, в нулевом выходило около 1000 долларов, а дальше больше. До 2008-го года…
      То есть. В девяносто восьмом долларов я зарабатывал в 5 раз больше, чем в восемьдесят четвёртом, в нулевом в десять…
                                                 *  *  *
      Не отрицаю, начало девяностых было трудным. Причём, повторюсь, самым трудным конец  91-го перед либерализацией цен. Беспросветно. Товаров никаких, включая еду, и взять негде. В январе 92-го забрезжило: товары появились, не хватало денег. Ну, так я и занимался одновременно множеством дел и работал в нескольких местах, чтобы их добыть.
      В девяностые появилось многое, что в совке и не снилось. Особенно этому новому радовались дети, у меня их двое, а меня радовало, что я могу им эту радость доставить.
      Ещё в восемьдесят восьмом с сыном посещал американскую выставку в ЛенЭкспо, в девяносто первом там же с дочерью выставку западных игрушек. Ну, совсем не таких, как в совке. Гораздо более доставляющих. А чуть позже то, что мы видели на этих выставках, туда мы ходили просто посмотреть, стало появляться и у нас.
     Те же куклы Барби хотя бы. А первый компьютер «ZX-Spectrum» в качестве игрушки для детей купил в девяностом. Собранный умельцем из привезённых «челноками» запчастей. Первый 486-й вместе с монитором и принтером ценой более 1000 долларов в девяносто четвёртом. Подробнее «Инопланетяне уже здесь».
      Годом позже телевизор и видеомагнитофон LG ещё формата VHS, в двухтысячном компьютер новее, также ещё телевизор и DVD проигрыватель. И т.д.
      Не стоит говорить, что ассортимент питания в девяностые стал намного шире. Хотя тогда ещё не было супермаркетов, большей частью отоваривались на рынках, цены там были ниже, чем в магазинах. Такое вот свойство рыночной экономики. Если в СССР рынок был местом, где продукты можно было купить свободно, но по цене существенно выше, чем в магазине, то в свободной экономике стало наоборот.
      Не стоит и говорить, что именно в девяностые «мы стали более лучше одеваться» ©, хотя, конечно, это были товары китайского и турецкого производства. Но теперь для того, чтобы купить себе обновку, не надо было ждать, пошлют или не пошлют тебя в загранкомандировку.  Шёл в магазин или на тот же рынок и покупал.
      Во второй девяностых начали осваивать заграничные курорты. Начав с Болгарии- Албена, Слнчев Бряг. Сперва останавливались в двухзвёздных отелях, но ничего близкого по уровню сервиса в моей сорокалетней жизни в совке не было. Это уже в середине нулевых, когда цены на нефть выросли, появился снобизм, мол, чтоб не ниже четырёх звёзд…
      После дефолта попёрли вверх и цены на нефть, и экономика, вырос спрос на рекламные услуги. Что никак не связано с заменой персонажа в Кремле, а всего лишь с нефтяными ценами, наложившимися на проведённые в девяностые реформами. В 2001 году купили двадцатичетырёхлетнему сыну двухкомнатную квартиру…