ЧАСТЬ 1, ЧАСТЬ 2, ЧАСТЬ 3, ЧАСТЬ 4
Сегодня в стране весьма распространены левые идеи, в том числе среди молодёжи, никогда в жизни не стоявшей часами (складывающимися в годы) за чем угодно: хлебом, молоком, колбасой, водкой, импортными сапогами... Предположу, на последних выборах при отсутствии подтасовок коммунисты набрали бы больше голосов, чем PG&V. Хотя я антифашист, антипутинист и антикоммунист одновременно, что абсолютно логично. Просто сужу объективно.
Последние десять лет в стране идёт экономический спад (которому предшествовал бурный рост, вызванный реформами девяностых и ценами на нефть), подавляющее большинство населения кроме чиновников и людей в погонах, продолжающих жрать в три горла, ощущает это на собственной шкуре. При этом левые обвиняют в этом спаде и постепенном снижении жизненного уровня экономическую систему под названием капитализм, к строительству которого в России приступили в начале девяностых. Действительно приступили, но где-то в середине нулевых отступили. Подавляющему большинству левых, не читающих даже своих классиков, невдомёк, что словом капитализм сегодня называют диаметрально противоположные, антагонистические, как говорят марксисты, системы.
Ибо то, что стали пытаться строить (именно пытаться, степень успешности другой вопрос, имхо, получаться начинало) в девяностые было нормальным капитализмом, рыночным, адамосмитовским, основанным на свободе предпринимательской деятельности, принципе Laissez-faire (с фр. — «позвольте-делать»), предполагающем минимальное вмешательство государства в экономические процессы.
Право человека на экономическую деятельность без внеэкономического принуждения следует отнести к естественным правам человека. Рыночный капитализм соответствует природе хомо сапиенса, именно поэтому в Программе КПСС предполагалось изменить природу человека, создав вместо него какого-то «нового человека», который интересы партии и государства (точнее, группы лиц, стоящих во главе оных) будет ставить выше личных. Имхо, без химии типа галоперидола и тому подобных вывести такую породу людей невозможно. См. фильм «Мёртвый сезон» кадры про газ RH.
Именно про этот рыночный капитализм Айн Рэнд (Алисия Зиновьевна Розенбаум) писала: «Вложение "излишков общественного богатства" в производство оказалось тем особым преимуществом, которое позволило капитализму превзойти все существовавшие ранее экономические уклады. Вместо того чтобы возводить пирамиды и соборы, лица, распоряжавшиеся общественными излишками, предпочитали вкладывать их в корабли, склады, сырье, промышленные товары и другие материальные разновидности богатства. Таким образом общественные излишки конвертировались в расширенные производственные возможности»
«Люди вольны сотрудничать между собой или не сотрудничать, заключать сделки или не заключать в соответствии с тем, что диктуют им личные мнения, убеждения и интересы. Они могут взаимодействовать между собой только на разумных условиях и разумными средствами, то есть средствами обсуждения, убеждения и договорных соглашений, добровольного выбора на условиях взаимной выгоды»
«Своим изобилием Америка обязана не самопожертвованию народа во имя «общего блага», а гениальности свободных производителей, заботившихся о своих личных интересах и своих личных капиталах»
Алисии Зиновьевне поддакивал нобелевский лауреат по экономике Хайек:
Именно благодаря этому типу капитализма, основанному на свободе предпринимательской деятельности, возник комфортный мир, в котором мы живём. Его главная движущая сила- свободные предприниматели придумали и запустили в серийное производство массу полезных вещей: от туалетной бумаги, памперсов, зубной щётки и пасты, бритвенных приборов и шариковых ручек до телевизоров, видеомагнитофонов, микроволновок, холодильников, кондиционеров, стиральных и посудомоечных машин, автомобилей, персональных компьютеров и смартфонов. Посему этот капитализм следует назвать созидательным.
Изобретение без предпринимательской инициативы и экономической свободы ничего не значит. Паровой двигатель придумал Герон Александрийский, современник Иешуа Га Ноцри, однако производство паровых машин, ознаменовавшее начало промышленной революции, случилось в восемнадцатом веке, когда после буржуазных революций стало больше экономической свободы, плюс возникла развитая банковская система, ибо без кредита, «длинных денег», массовое производство и инновации невозможны.
Несмотря на кейнсианство, усиление социалистических тенденций в западных экономиках в двадцатом веке (новый курс Рузвельта, социально-ориентированная рыночная экономика Эрхарда, скандинавский социализм), базовые принципы капитализма- частная собственность и свобода предпринимательства никуда не делись. Последняя предполагает, что любой «человек с улицы», благодаря уму, энергии и предприимчивости может создать свой бизнес и стать богатым, не занимаясь с кем-либо в секции дзюдо и не служа в силовых структурах.
Персональный компьютер в гараже сделали такие «люди с улицы»: внебрачный сын сирийца и немки, воспитанный в семье армянки и автомеханика вместе с потомком эмигрантов из Украины. Самый популярный поисковик Google также в гараже сочинили отпрыски университетских профессоров (а вовсе не полковников ЦРУ), один из которых в семидесятые эмигрировал из СССР. Сейчас созданные ими корпорации каждая в отдельности по капитализации соизмеримы со всем фондовым рынком России.
Уже в двадцать первом веке создал мессенджер WhatsApp и стал также долларовым миллиардером эмигрировавший в девяностые с Киевщины с мамой и бабушкой Ян Кум, начинавший с работы уборщиком помещений. И сегодня, несмотря на странные процессы, идущие в США, постоянно возникают пусть не миллиардные, но миллионные стартапы. Создают их иммигранты из разных стран мира, включая Россию, приезжающие в Америку за самым главным- свободой.
Добавлю, этот созидательный капитализм Адама Смита, Фридриха Хайека, Айн Рэнд может вполне успешно сочетаться с социальным государством (welfare state), кое имеет место, например, в скандинавских странах, Германии. Да и в США огромное число вэлферщиков. Стремление частных собственников к прибыли, которую они умеют получать намного лучше государственных манагеров, которым фсё пох, сочетается с умеренно высокими налогами, которые власть, контролируемая демократическим обществом, имеет возможность перераспределить на социальные программы.
Важно не переходить грань, при котором бизнес убежит или уйдёт в тень. В двадцатом веке маятник в капиталистических странах качнулся сильно влево, Рейган и Тэтчер в восьмидесятые качнули его обратно вправо, оздоровив экономику своих стран. Потом снова началось движение влево, которое пытался остановить Трамп. Пока что тенденции в западном мире негативные, они катятся в социализм, который может погубить и их, и весь остальной мир.
А какой же экономический строй был в СССР и какой в нынешней России? Левые ответят: в СССР был социализм, а в России капитализм. Ну, да, ну, да... Только ведь тот капитализм, что в России не имеет ничего общего с капитализмом, описанным выше, капитализмом Адама Смита, Айн Рэнд и Фридриха Хайека. В девяностые немножко был похож, поскольку его таковым пытались сделать реформаторы. В нулевые свободу предпринимательской деятельности накрыли мокрой «женской половой вагиной» (С) колпаком спецслужб и ей наступил 3,14@@ец.
